16:38 

Работа №6

Reborn fest!
Название: Слияние
Автор: ***
Бета:
Выпавший персонаж: Мукуроу
Пейринг|персонажи: Хибари/Цуна/Мукуро
Категория: слэш
Рейтинг: PG-13
Жанр: экшен, ER
Размер: 4354 слова
Саммари: Бьякуран собирает Тринисетте, Хибари Кея не находит очередную коробочку, а животные из коробочек – не только ценный мех.©
Дисклеймер: отказываюсь
Предупреждения: AU

У Петро Стефани не оказалось ровным счетом ничего интересного. Ни колец высокого ранга – пару колец ранга С и ниже Кея сразу бросил в бурую жижу под ногами – ни усилителей Пламени, ни коробочки Облака, которую Кея надеялся у него найти. То ли информаторы подсунули ему липовую информацию, и тогда стоило поговорить с ними по душам, то ли они оказались достаточно глупы, чтобы дать себя обмануть, – тогда можно было оставить их на Кусакабе. Или же Петро Стефани успел избавиться от ценного груза, и это был худший вариант. Проследить дальнейшую судьбу коробочки было невозможно.
Кея немного пожалел, что расправился с Петро Стефани так быстро. Развязать ему язык было бы несложно, а вот разговаривать с трупом – затруднительно. Кея с отвращением пихнул тело ногой, переворачивая. Переломанные ребра и ошметки одежды перемежались неровными рядами серебристой шерсти. Скрюченные пальцы мертвеца с едва обозначившимися когтями цеплялись за осколки костей, будто все еще пытались отцепить от себя пробившие грудную клетку шипы.
Слабак. Даже с собственным барсом Дождя нормально слиться не смог, и тот стал легкой добычей для Ролла, который напился чужого Пламени и теперь мирно дремал в коробочке.
Кея сплюнул и пнул тело напоследок, выудил из кармана телефон. Кусакабе ждал возле торгового центра, но Кея решил сказать ему подъехать ближе.
Под ногой зашуршало. Кея нахмурился и наклонился. Петро Стефани при жизни, наверно, ценил в одежде удобство. По крайней мере в пиджаке карманы оказались не только снаружи, но и внутри. Кея вытащил смявшийся конверт, расправил и заглянул в него. Прочитать послание оказалось непросто – бумага пропиталась кровью и все время пыталась свернуться обратно, видимо, конверт долгое время пробыл в скрученном состоянии. Прочитав послание, Кея нахмурился еще больше и засунул его в карман брюк.
Из задумчивости его вывел гимн Намимори.
– Ке-сан. Вы закончили? Я решил подхватить вас сразу на месте.
На плечо спикировал взъерошенный желтый комок. Кея улыбнулся и погладил его по головке. Хиберд хитро покосился на него черным глазом и чирикнул:
– Все готово. Все готово. Опасность.
Песок под ногами взорвался морем брызг, но Кеи там уже не было. Он открыл коробочку, достал тонфы и неторопливо пошел к выходу, будто не обращая внимания на вздыбленную от пуль землю под ногами. Поднес к уху трубку, из которой доносилось встревоженное:
– Ке-сан! Ке-сан! Что за шум? Вы в порядке?
– Буду через пять, – Кея окинул взглядом уходящие вверх трибуны; насчитал трех с винтовками и еще человек восемь с пистолетами, исправился: – нет, через три минуты. Жди на выходе.
Хиберд, напевая гимн Намимори, уже исчез в небе.

Цунаеши, едва прикрытый простыней, лежал на животе. Мукуро сидел рядом, на краю кровати. Услышав, как хлопнула дверь, оба подняли головы.
– Мог и постучать, – буркнул Мукуро, возвращаясь к прерванному занятию – он рисовал на спине Цунаеши какие-то одному ему видимые узоры. Помолчав, добавил: – И сначала принять душ. Кровью за километр несет.
– Тебя это возбуждает? – Кея усмехнулся и сдернул с плеч пиджак, бросил в кресло, портя безупречную светло-бежевую обивку.
Мукуро ответил не сразу, повел носом, как ищейка, принюхиваясь, а потом покачал головой.
– Нет. Это же не твоя кровь.
– Что случилось, Хибари-сан? – Цунаеши сонно моргнул и приподнялся, опершись подбородком о кулак. Мукуро тягучим движением мягко толкнул его обратно, но Цунаеши отмахнулся и сел. Его расслабленность, ярко ощутимая еще секунду назад, исчезла, сменилась настороженностью. – Чья это кровь?
– Кучки травоядных, которые решили, что застали меня врасплох.
– Мне казалось, ты ездил за коробочкой, – протянул Мукуро.
– Верно.
– Это была ловушка?
– Да, и очень глупая. Коробочки у Петро Стефани не оказалось. Или он уже отдал ее кому-то, или же…
– Твоих информаторов дезинформировали, – Цунаеши сам не заметил, как потянулся к груди – совершенно машинальным жестом, за перчатками, которые всегда носил в нагрудном кармане.
– Ладно, сейчас это неважно. Лучше объясните мне, что это вы тут делали? – Кея обогнул кровать и подцепил руку Мукуро – тот все еще цеплялся за плечи Цунаеши.
– Ты об этом? – Мукуро пошевелил пальцами – светлые перья легли веером. – Все еще не понимаю, какой от этого толк.
Кея подтянул его руку ближе и поцеловал, соскользнув губами с пальцев на перья, слегка зацепил их зубами. Мукуро вздрогнул.
– Видимо, какой-то толк есть, – Цунаеши внимательно наблюдал за ними. Он посмотрел на Кею – в его глазах плескался расплавленный янтарь. – Тебе нужно избавиться от этой ужасно грязной одежды, Хибари-сан.
Кея не стал возражать, только хмыкнул в раскрытые губы Мукуро и опустил руку, запутывая пальцы в длинных волосах Цунаеши.

– У меня для тебя сюрприз, – сообщил Кея, как только увидел, что Мукуро приоткрыл один глаз. Тот сразу снова зажмурился, но обманный маневр не удался. Кея выжидающе смотрел на него, и Мукуро сдался:
– Приятный хоть?
– Как знать. Коробочки у Петро Стефани не было, зато было любопытное письмо.
– Что за письмо?
Цунаеши что-то пробормотал во сне и натянул одеяло на голову. Мукуро покосился на него и понизил голос:
– Что за письмо?
– Оно в кармане брюк, возьми и посмотри. Тебе ближе.
Мукуро буркнул что-то невразумительное, но послушно свесился с кровати. Зашелестела одежда, и он вынырнул обратно, держа в руках мятое письмо.
– Фу, Кея. Если это романтичное послание, не стоило топить его в крови.
Мукуро осторожно потянул за края.
– Мне нужны еще усилители Пламени. Десяток универсальных и семь – Дождя. За любую цену, но как можно скорее, – прочитал он. – Ну и что тут интересного? Подумаешь, закончились у него усилители. Конечно, не вовремя он решил встретиться с тобой… Хотя любопытно, кто же все-таки эти усилители продает… Что там на конверте указано?
Мукуро покрутил в руках конверт, и его лицо окаменело.
– Похоже, твой сюрприз опоздал лет на двадцать, – уголки губ Мукуро нервно дернулись.
– Посмотри на дату в конце письма, – посоветовал Кея, наблюдая за ним, и уточнил: – Так что, это был приятный сюрприз?
Мукуро не ответил. Скомкал конверт в кулаке, а когда разжал ладонь, от него осталось только небольшое туманное облачко.
– Как это возможно? Я был уверен, что…
– В чем дело, Мукуро? – Цунаеши выглянул из-под одеяла, зевнул, потер глаза и уронил голову на подушки. – Сколько времени?
– Еще рано, спи. До собрания больше пяти часов.
Цунаеши послушно закрыл глаза.
Мукуро встал, потянулся за одеждой.
– Куда собрался? – лениво спросил Кея. Хотелось спать. Действительно, еще было слишком рано.
– В гости к старым друзьям. – Мукуро затянул волосы в хвост, поднял с пола перчатки. На секунду замер на месте, глядя на Кею – и сквозь него. Медленно кивнул, его взгляд прояснился. – Вернусь завтра.
– А собрание Альянса?
– Мне там присутствовать необязательно. Тебя вполне достаточно. Верный цербер Десятого босса Вонголы.
– Иди к дьяволу, – миролюбиво сказал Кея.
– Я уже у него был, помнишь?
Не прощаясь, Мукуро вышел из комнаты. Кея посмотрел на захлопнувшуюся дверь и вздохнул. Возможно, ему не стоило показывать Мукуро письмо. Все это были дела давно прошедших дней. Но в то же время он понимал, что не имел права промолчать.
Цунаеши что-то промычал во сне и подкатился ближе, забрасывая ногу ему на бедро. Кея обнял его и позволил себе задремать еще на пару часов.

Мукуро вернулся через неделю. Сбросил насквозь промокший плащ – в последние дни лило как из ведра сутки напролет – стянул сапоги, аккуратно снял и положил на стол перчатки. Кея заметил у него несколько новых колец.
– Что нового? Как собрание Альянса?
– Ничего интересного, – отозвался Цунаеши. Он сосредоточенно выстраивал ярусы огромного бутерброда и, закончив, положил его перед Мукуро. Тот с аппетитом мгновенно на него накинулся. – Альянс обеспокоен действиями этой новой семьи. Она объединилась с Джильо Неро и теперь называет себя Мельфиоре. Альянс считает, что дон Джессо слишком многое на себя берет. – Цунаеши помолчал. – Сам-то где пропадал?
– Да так, навестил старых знакомых, – уклончиво ответил Мукуро и покосился на Кею, который молча пил чай и усиленно делал вид, что его здесь нет.
– Это из-за того письма?
– А я смотрю, ты полюбил делиться информацией, да, Кея?
– Гиперинтуиция Вонголы, – Кея невозмутимо пожал плечами и отставил чашку. – Что-то узнал?
– То, что знал и так. Эстранео, все до единого, были уничтожены много лет назад. Мной, – Мукуро скривил губы в усмешке. – И в то же время человек из этой семьи делает и продает усилители Пламени. Что-то не сходится.
Он постучал пальцами по столу.
– На послезавтра у меня назначены переговоры, – тихо сказал Цунаеши. – Потом я смогу помочь.
– Мне не нужна помощь, – немедленно отозвался Мукуро и нахмурился. В нем все еще оставалось многое от того ершистого, неуживчивого и очень жестокого ребенка, который не моргнув глазом вырезал всю свою семью. Но его голос тут же смягчился. – Пока не нужна.
– Ладно.
– С кем переговоры?
– Джессо. Или теперь он называет себя Мельфиоре, – Цунаеши сплел пальцы в замок и внимательно посмотрел на них.
– Я тоже поеду, – твердо сказал Кея, намекая, что противиться бессмысленно. Но никто и не стал возражать. Цунаеши по-прежнему изучал свои руки, только чуть больше наклонил голову, а Мукуро просто пожал плечами и вернулся к бутерброду.

– А ты быстро, Хибари-чан.
Кея разжал кулак, и тело кулем повалилось под ноги. Он отпихнул его и вошел в круг света – такого яркого, что хотелось зажмуриться, но он сдержался.
Светловолосый парень сидел на столе и болтал ногами, что-то жуя и напевая себе под нос. Воздух вязнул от липкого приторного запаха сладостей.
– Ты кто? – Кея решил проявить вежливость. Бессмысленную, впрочем – имен своих жертв он не запоминал, их было слишком много.
– Бьякуран Джессо, – мурлыкнул парень и отправил в рот следующую конфету. – Но я думал, ты и сам уже догадался.
Кея проигнорировал издевку, сжал кулак на тонфе и снова ослабил хватку, примериваясь, как и когда лучше ударить.
– От тебя слишком много проблем, Бьякуран-Джессо-который-сейчас-должен-быть-на-переговорах-с-Вонголой. Пора с этим завязывать.
– Какой нетерпеливый Хибари-чан, – Бьякуран стряхнул с рук налипшую сахарную пудру, спрыгнул со стола и улыбнулся. – А если я скажу, что работаю не один?
– Скорее всего, он работает не один, – Цунаеши откинулся в кресле, перебирая четки. Кея не знал, откуда они у него. Расфокусированный взгляд Цунаеши был направлен куда-то за окно, туда, где далеко, в темноте, мерцал знак нового бизнес-центра «Мельфиоре». – Слишком большая утечка информации. Та засада по пути в Мессину. И люди, ожидавшие Кеко и Хару на вокзале Термини. Они откуда-то знали, что девочки возвращаются именно в этот день, хотя даже Гокудере я сказал об этом только утром. Если бы не Бельфегор и Фран… – Цунаеши отложил четки и потер веки. – И та ловушка, которая предназначалась тебе, Хибари-сан, с несуществующей коробочкой.
Кея кивнул.
– Может, это Мукуро? – нарочито беспечно предположил он. – Он всегда в курсе всех событий. Даже тех, о которых еще неизвестно, произойдут они или нет.
Цунаеши поднял голову, серьезно посмотрел на него.
– Нет.
Одного слова оказалось достаточно, чтобы Кея поверил.
Хотя он и так знал, что это не Мукуро. Просто игра в недоверие никогда не надоедала.
– Я знаю все его мысли, – продолжил Цунаеши. Он рефлекторно потянулся к горлу, накрыл и поправил большой мягкий шарф – подарок Сасагавы Кеко, дизайнерская вещь из самого центра мировой моды, десятки сотен евро. Кея никогда не понимал такого расточительства денег. Но это были деньги Вонголы, а она его не интересовала. – А он – мои.
– Еще болит?
– Скоро пройдет, – Цунаеши кашлянул и перевел тему. – И кто же у нас крыска? – протянул он, взявшись за очередную папку, какими был завален весь стол. Людей в Вонголе было много, людей, с которыми делились ценной информацией, – меньше, но случайно услышать что-то важное мог практически кто угодно.
Цуна потянулся за чашкой с кофе, едва не опрокинул ее на документы и, поморщившись, сделал глоток.
– Ненавижу кофе, – вздохнул он и нахмурился, глядя на папку в своих руках. Кея наклонился через стол и забрал ее у Цунаеши.
– И кто же у нас крыска? – медленно сказал Кея. Он продолжал задумчиво взвешивать в руке тонфу и не пытался подойти ближе. Моргнул, подстраиваясь, и посмотрел вниз. Дома, мигающее огнями переплетение магистралей, высокий тонкий шпиль бизнес-центра. Ниже, еще немного. Ничего подозрительного, никаких странных личностей. Кея снова моргнул и расслабил зрение, успев зацепить краем глаза белоснежные крылья. Но они уже были далеко.
Бьякуран, похоже, не обратил внимания. Он бросил быстрый взгляд в угол комнаты, и Кея тоже посмотрел туда. В отвернутом к камину кресле кто-то сидел – вытянув длинные ноги в высоких сапогах и устроив на подлокотнике руку с бокалом. Комнату огласил звон бьющегося стекла, и огонь на миг вспыхнул сильнее, ярким пятном разноцветных перьев.
– Я так и думал.
Кея достал коробочку.
– И это все приветствие? – Бьякуран поцокал языком. – А я такой прием подготовил. Просто бомбу. В прямом смысле слова. Слышишь?
Кея прищурился, не уверенный, серьезен тот или это у него такое паршивое чувство юмора.
– Собираешься подбросить здесь все в воздух?
– Наверно, это будет красочно. Жаль, я не увижу.
– Так просто готов пожертвовать собой и ценным союзником? В обмен даже не на босса Вонголы. Мелко мыслишь.
– О, ошибаешься. Все это представление исключительно для тебя, Хибари-чан. Ну же, не разочаровывай меня. Неужели еще не понял?
Губы Бьякурана расплылись в улыбке. Она становилась все шире, начала налезать на острые скулы, смешиваться с фиолетовой кляксой под глазом. Кея моргнул, но наваждение не спало.
– Иллюзии, – он мысленно чертыхнулся, ругая себя за то, что не почувствовал раньше. Нет. Он не чувствовал иллюзий и сейчас.
– Нет-нет, – Бьякуран мотнул головой, как китайский болванчик. – Вовсе нет. У тебя полминуты, Хибари-чан. Звук все ближе.
Кея ударил тонфой, но она прошла сквозь тело Бьякурана, как через густой кисель. Он отдернул руку, к ладони и запястью прилипли оранжевые капли, уже наметился ожог.
Раздался легкий хлопок – и перед ним в воздухе завихрился лентой белый дракон. Из кресла раздалось рычание, и поднялся тигр; его мех потрескивал от пробегавших по нему красных искр.
Одно резкое движение ощетинившейся тонфы разорвало дракона напополам. Тигр еще раз рыкнул, рванул к двери и сам исчез в потоке Пламени.
Кея выругался и быстро оглядел комнату. Времени прорываться сквозь Пламя, взявшее комнату в кольцо, не было; к тому же он самолично обрушил вниз оба лифта, не желая, чтобы ему кто-то помешал. И прыгать из окна двадцатого этажа тоже не хотелось.
К счастью, звук действительно был все ближе.

– Где Хибари-сан?
Цунаеши прошел через комнату и раздвинул шторы.
Мукуро, развалившийся в кресле босса, поймал его взгляд и со вздохом убрал ноги со стола. Цунаеши подошел ближе и устроился на краю стола.
– Он же поехал с тобой на переговоры?
– Разве ты не звонил ему? Он сразу уехал.
– Любопытно. Но бесполезно. Зачем мне звонить Кее, если я и так могу с ним связаться? С тобой теперь кстати тоже.
Мукуро качнулся, поймал Цунаеши за волосы и потянул на себя. Тот послушно подался вперед, позволил отодвинуть с горла шарф. Мукуро осторожно провел пальцами по еще не затянувшимся порезам.
– Тогда куда он поехал?
– Понятия не имею. Это так важно? – Он поймал взгляд Цунаеши и кивнул. – Понятно, важно. Ладно, сейчас попробую его найти.
Мукуро откинулся в кресле и прикрыл глаза, попытался нащупать Кею в сотнях далеких, едва ощутимых сознаний.
«Мукуро-сама?»
«Учитель, если вам не с кем поговорить, то я не против общения, но не в час ночи».
«Какого черта ты опять делаешь в моей голове?!»
«Что ты хочешь? У меня нет времени».
Он не сразу понял, что нашел нужное. Голос Кеи звучал издалека, его практически заглушало какое-то тиканье.
«Черт. И правда, бомба».
«Бомба?»
«Неважно. Не мешай мне».
Кея попытался отгородиться от него, и Мукуро пришлось мысленно материализовать эфемерный трезубец и разбить купол.
«Красный или зеленый?»
«Красный… Кея, какого черта? Где ты?»
«Хм? Секунду».
Что-то щелкнуло. Мукуро попытался подобраться ближе, посмотреть глазами Кеи, но тот неожиданно зло оттолкнул его.
«Все-таки красный. Ладно. Ролл, слияние».
Уши заложило от грохота, под веками полыхнула вспышка света, и Мукуро открыл глаза. Над ним склонился встревоженный Цунаеши.
– Долго ты. Ну что?
– Кажется, рядом с Кеей только что взорвалась бомба, – Мукуро потер веки, под которыми еще плясали цветные пятна. – Он-то это переживет, но найти его теперь будет проблематично.

У него оставалось меньше двадцати секунд, когда в голове прозвучал голос Мукуро. Кея попытался отвязаться от него побыстрей, но, когда хотел, Мукуро мог быть ужасно прилипчивым.
Он застыл, выбирая между двумя проводами. Взял услужливо оставленные Бьякураном кусачки – для него это, видимо, действительно было развлечением, своего рода проверкой противника – и перерезал зеленый. Что-то щелкнуло, но время на дисплее не остановилось, а оставшийся провод окутало Пламя.
– Все-таки красный, – пробормотал Кея. Отбросил бесполезные кусачки, открыл коробочку. – Ролл, слияние.
Пожалуй, ему все же стоило сказать Мукуро, где искать. Сам он нескоро вернет себе возможность двигаться и говорить, даже мысленно.
Тело стремительно наливалось свинцом, твердело, и сознание начинало ускользать. Где-то на грани реальности Кея еще уловил стук в окно и шелест крыльев, слабо улыбнулся.
Он ненавидел, когда кто-то пытался его опекать.
Но сейчас он был этому рад.
Кея заставил себя пошевелить застывающими губами и сказать два слова.

«Мукуро-сама, вас что-то тревожит?»
Голос Хром прозвучал в голове Мукуро дуновением легкого ветерка.
«Кея пропал. Ты не знаешь, где он?»
«Нет».
Хром помолчала, будто собиралась что-то сказать, но не могла решиться. Мукуро почувствовал ее неуверенность.
«Хром?»
«Я уверена, с Хибари-саном все будет хорошо».
Она снова замолчала и скоро ушла, оставив Мукуро наедине с невеселыми мыслями.
– Знаешь, Хром уверена, что с Кеей все будет в порядке, – сказал он и посмотрел на Цунаеши. Тот раскладывал на столе пасьянс из папок и выглядел странно спокойным.
– В этом я не сомневаюсь. Ты сказал, он успел слиться с Роллом.
– Он собирался. Но успел ли…
– Успел. Теперь либо он вернется сам через пару недель, либо мы найдем его раньше. Но где искать?
В окно стукнула ветка, и они оба вздрогнули, но быстро вернулись к прерванным занятиям – Цунаеши к раскладыванию папок, Мукуро к молчаливому созерцанию потолка.
– Сам вернется, – наконец, сказал он.
В окно снова стукнуло, так, что стекло задрожало. Мукуро вдруг вспомнил, что снаружи нет никаких деревьев.
– Ветер, что ли, разыгрался?
Цунаеши встал и открыл окно. Воздух даже не шевельнулся, зато поверх его плеча пронеслось нечто взъерошенное и, резко спикировав, камнем рухнуло вниз.
– Мукуроу? – Мукуро успел подхватить сову прежде, чем она ударилась о стол. Мукуроу выглядел не лучшим образом – перья топорщились во все стороны, а одно крыло, кажется, было сломано. Он заухал, словно пытался что-то сказать. Мукуро пригладил ему перья и резко отдернул руку. – Эй, ты зачем меня клюнул?
Мукуроу снова заухал, и Мукуро понял, что либо он начинает сходить с ума, либо беспорядочные звуки действительно стали складываться в подобие связной речи. Человеческой речи.
– Не нужно гладить меня по голове. Мне это не нравится.
Мукуро вопросительно посмотрел на Цунаеши, который забыл про папки и теперь внимательно изучал сову.
«Я ведь не сошел с ума? Ты тоже слышишь, правда?» – мысленно спросил он.
Цунаеши улыбнулся ему уголками губ, не спуская глаз с Мукуроу, и ответил – сознание Мукуро затопил теплый янтарный свет.
«Да».
Он неосознанно потянулся к горлу, но поймал себя на этом движении и опустил руку. Сказал, на этот раз вслух:
– Хибари-сан, это ты?
– Наконец-то дошло, – Мукуроу, нет, Кея еще сильнее встопорщил перья. – Я уже думал, придется выламывать окно.
Вряд ли бы, конечно, у него получилось, но Мукуро и Цунаеши тактично промолчали. Мукуро внимательно посмотрел на него, подергал за перья, увернувшись, когда Кея попытался снова его клюнуть, и сказал только:
– Какое-то время, наверно, не стоит сливаться с Мукуроу. И нужно будет сказать Хром.

Солнце было таким ярким, что Хром подняла руку и опустила шляпку ниже, спасаясь от света.
– Ваш заказ, мисс.
Бармен поставил перед ней коктейль – из кокоса выглядывали трубочки и разноцветные зонтики.
Сбоку отодвинули стул; песок взметнулся, скользнул по голым ногам Хром.
– Скучаешь, крошка?
Хром посмотрела в сторону. Изучавший меню мужчина был высок, загорел и темноволос – как и большинство местных жителей. Она заметила, как напрягся натиравший доску серфер у воды, как поутихло щебетание влюбленной парочки неподалеку, даже бармен, кажется, отвлекся от смешивания коктейлей.
«Вам необязательно было появляться лично, Мукуро-сама».
«Хотел убедиться, что ты в порядке. За тобой следят, малышка, ты в курсе?»
«Они следят за спутницей дона Каваллоне, не за мной».
Мукуро улыбнулся и заказал «Голубые Гавайи».
«Кея передает привет и благодарности».
«Правда?»
Наверно, Мукуро уловил сомнение в ее голосе, потому что хмыкнул.
«На самом деле он велел передать, что не нужно его опекать. Что он в состоянии справиться сам с любой проблемой. Кучу других самоуверенных вещей. Ну это же Кея, он не мог сказать по-другому. Но он сказал, что пригласит тебя куда-нибудь при встрече – а значит, он благодарен».
«Мукуроу…»
«Уже свободен. Можешь использовать его, если возникнут какие-то проблемы».
«Не думаю, что они будут. Мукуро-сама, я кое-что узнала».
– Не хочешь куда-нибудь сходить, милашка? – Хром медленно покачала головой. Мужчина перед ней совсем не был похож на Мукуро, но это не сбивало ее с толку, она давно привыкла. Хром допила коктейль и встала. – Оставь хотя бы свой номер!
Хром быстро написала на услужливо подвинутой барменом салфетке пару слов и сразу ушла. Увлеченно болтавшая у кромки воды парочка сразу засобиралась, а серфера уже нигде не было видно. Забытая доска осталась лежать на песке.
Мукуро запомнил написанный аккуратным почерком адрес и смял салфетку в руке.

Верде отложил инструменты в сторону и выключил лампу.
– Твои глаза в норме. Что удивительно. Слияние с существом, которое не является порождением Пламени… Хм.
Он что-то быстро записал в блокнот. Кея моргнул. Глаза действительно не болели, хотя какое-то напряжение ощущалось. Не только в глазах, во всем теле. С того времени, как пару дней назад Цунаеши извлек его из каменного панциря.
Они с Мукуро наведались на пепелище бизнес-центра, оставив Кею-Мукуроу в особняке. Впервые он почувствовал себя таким беспомощным. Сломанного крыла и запертых окон и дверей оказалось достаточно, чтобы не позволить ему выбраться.
– Значит, так выглядит твое слияние с Роллом? – Мукуро рассматривал огромную, в человеческий рост, каменную глыбу с вывернутыми наружу шипами. Кее оставалось только гадать, как они вдвоем дотащили ее до особняка.
– Полезное умение, – заметил Цунаеши. Он уже опустился на колени и неторопливо закатывал рукава рубашки. – Но, наверно, утомительно ждать, пока сможешь выбраться обратно.
– Не знаю, – честно сказал Кея. – Это ничем не отличается от сна.
– Кея в спячке. Как мило. Может, не станем его пока доставать? Ай, больно. Ты почему уже можешь летать?
– Рехей заходил.
– Представляю, как он смеялся.
– Я не разговаривал с ним, идиот. Он просто пожалел раненую сову и вылечил ее.
– Помолчите, пожалуйста.
Цунаеши закончил приготовления и выпустил Натса.
– Натс, слияние. Обратная гармония.
Внешне он почти не изменился, только руки обволокло Пламя Неба, коснулось пальцев, превращаясь в подобие когтей. Цунаеши осторожно притронулся к шипам, и Пламя перекинулось на них, по камню пошли трещины. К тому времени, как он достал Кею, его руки покрылись ожогами, и он открыл другую коробочку – Солнца – исцеляя одновременно свои раны и порезы на теле Кеи.
– Можешь возвращаться, Хибари-сан.
– Мог бы и не говорить.
Кея покинул Мукуроу. Прошла всего секунда – и целая вечность – прежде, чем он открыл глаза, пошевелил еще не слишком послушными пальцами и вздохнул с облегчением. Он посмотрел в сторону. Снежно-белый комок, который еще недавно был его убежищем, держал на руках Мукуро.
– Я быстро восстановлю силы? – спросил Верде Кея.
Тот пожал плечами.
– Если бы я имел дело с кем-то другим, сказал бы – через пару недель. Но это ты, поэтому мои прогнозы бесполезны.
Верде закрыл чемоданчик и поднялся.
– Но все же постарайся не перенапрягаться хотя бы ближайшие дни. Если бы никто не мешал слиянию насильственным путем, самостоятельно выбраться из панциря ты смог бы не раньше, чем через неделю.
– Мне нужен новый Ролл. Этот погиб при взрыве.
Верде снова передернул плечами, поправил очки и подхватил чемодан.
– Ты сам знаешь, что делать.
Он вышел. Кея тоже не стал задерживаться. Наверху, в кабинете босса, его ждали все Хранители, за исключением Хром. Хотя она еще не успела вернуться, Кея уже зарезервировал зал в «Ай Финероли».
– Ну как? Жить будешь? – хмуро спросил Гокудера. Когда Кея вошел, он о чем-то тихо говорил с Ямамото, который, к удивлению Кеи, тоже был мрачен и не улыбался.
– Если скажу «да», ты обрадуешься или расстроишься?
Гокудера промолчал и затянулся сильнее, прежде чем отправить сигарету в пепельницу.
– Как там наша крыска? – Кея повернулся к Цунаеши. Тот выглядел так, будто очень устал и постарел на несколько лет за одну ночь.
– Занзас уехал. Никто не знает куда, даже Сквало – или он просто не говорит.
– Цуна, я же сказал, что… – начал Ямамото, но Цунаеши поднял руку, оборвав его на полуслове.
– Меня больше волнует другое. Реборн куда-то пропал. Я не могу с ним связаться, Дино тоже. Это не похоже на Реборна.
Кея перехватил Ямамото в коридоре, когда все начали расходиться. Проследил, как завернул за угол Гокудера, коротко бросил:
– Одолжи Шигуре Кинтоки на пару минут.
Боли он практически не почувствовал. Ответил на обеспокоенный взгляд Ямамото легким кивком, вернул ему катану. Цунаеши с коробочкой Солнца ждал его в кабинете. Мукуро был там же – стоял, отвернувшись к окну. Пламя Солнца смешалось с собственным Пламенем Облака Кеи, и он осторожно сжал руку в кулак, согнул в локте, испытывая. Сунул в карман и нащупал слегка теплую коробочку с Роллом.

– Далеко ты забрался. Почему Берлин?
– Будит воспоминания. Надеюсь, ты ненадолго. У меня встреча.
– Со мной.
– Когда ты успел сменить имя на Энцо Чирилло?
– Когда узнал, что именно здесь смогу найти синьора Эстранео, который продает усилители Пламени.
– Ждешь объяснений? Да, я был членом семьи Эстранео. Давно. Еще до проклятья. Тогда Эстранео были просто кучкой ученых, изучающих Пламя. Ни о каких экспериментах над людьми и речи не было. Наверно, позже, когда я уже исчез, Луиза взялась за это. Прекрасная была женщина, сильная, умная, беспощадная и жестокая. Настоящий ученый.
– Ее я убил последней. Она хотела убить себя сама, но не успела.
– А теперь пришел за мной? Не утруждай себя. Я и так скоро умру.
– Почему?
– Бьякуран Джессо пытается собрать Тринисетте. Это система из колец Вонголы, колец Маре и пустышек Аркобалено.
– Кольца Вонголы были запечатаны сотни лет назад.
– Но не уничтожены. Пустышки остались у Юни. Я слышал, Джессо объединились с Джильо Неро, значит, он получил их. Реборн исчез. Колонелло и Вайпер тоже. Скоро очередь дойдет и до меня.
– Ты можешь успеть скрыться.
– Нет. Прости, но закончить свою затянувшуюся месть у тебя не получится. Я сделал то, что не успела Луиза – принял яд до того, как ты вошел. Оставь меня. Мне нужно закончить чертеж.
– Передавай привет Эстранео.
За спиной раздался сдавленный смех, но тут же прервался шорохом бумаги.

– Похоже, время пришло.
Цунаеши застыл перед ледяной статуей, покачиваясь с пятки на носок, провел по ней руками.
– Бьякурану нужны кольца Вонголы, – сказал Мукуро.
– Знаю.
– Откуда? Гиперинтуиция?
– Нет. Он сам мне сказал. На тех переговорах.
Цунаеши обернулся.
– Разве не правильнее тогда оставить кольца запечатанными? – поинтересовался Кея. – Он не сможет достать их отсюда.
– Я бы не был в этом так уверен, – пробормотал Цунаеши. – В любом случае, если он обладает кольцами Маре и заполучил пустышки Аркобалено, они единственное, что мы можем ему противопоставить.
– Даже несмотря на то, что никто из нас не умеет ими пользоваться?
– Да.
Цунаеши замолчал, на его лбу пролегла тонкая складка. Кее почему-то показалось, что он вспоминает Реборна – на днях до них дошли новости, пролившие свет на его исчезновение. Кее было легко представить это: улица, превратившаяся в поле боя, десятки мертвых солдат Мельфиоре, выжженный мощным взрывом Пламени Солнца асфальт – и непонятно как уцелевшая шляпа. Когда Гокудера положил ее на стол перед Цунаеши, тот тихо попросил оставить его одного и заперся в кабинете. Даже Мукуро не стал спорить, просто молча оперся на стену и стоял так, пока Цунаеши не открыл дверь и не позвал его и Кею.
Цунаеши на миг закрыл глаза, кивнул и снова открыл их, но теперь он выглядел уверенно, как человек, который принял окончательное решение.
– Нам придется очень постараться, чтобы остановить Мельфиоре. Всем нам.
Он положил на лед руки в перчатках, которые мгновенно вспыхнули Пламенем.

@темы: Текст, Июньский фестиваль: Хибари

URL
Комментарии
2014-07-04 в 02:05 

Hasegava Uki
книжки в этом каноне еще никого не спасли (с)
поняла не все, и кмк Цуна не особо вписался в малину тройничок, но читать было интересно )) и очень понравилась идея с дополнительными функциями животных из коробочек :heart:
спасибо! :red:

2014-07-04 в 17:32 

Iraeniss
ретроград и консерватор. Держимся за Скрепы кода 2004 года!
Я вот тоже не поняла, зачем 1869 понадобился Цуна - чистое ИМХО, конечно, но мне он там испортил всю малину) показался лишним. :nope:
А так-то читать было интересно и в целом мне фик понравился) Спасибо! :white:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Reborn Festival

главная